Шизофренией болен почти каждый сотый житель Земли. Несмотря на то что лечение способно вернуть таких больных к социальной жизни, общество не спешит их принимать. И люди часто становятся заложниками своего диагноза
О том, что у моего знакомого шизофрения, я узнала случайно. Мы отлично общались, но в какой-то момент он резко пропал с радаров: перестал отвечать на звонки и сообщения. Оказалось, лежал в больнице с обострением. Я была в шоке. Парень как парень: умный, спокойный, немного «голова в облаках», но ведь творческий человек – ничего удивительного. «Надеюсь, ты не думаешь, что я буду гоняться за тобой с топором», – сказал он с грустной улыбкой после выписки. Конечно, я сказала, что ничего такого не думаю. Конечно, подобная мысль в мою голову закралась.
По данным Всемирной организации здравоохранения, шизофренией больны более 21 млн человек – почти каждый сотый житель Земли (примерно 9 млн женщин и 12 млн мужчин).
Обычно болезнь заявляет о себе в 15–25 лет (на этот период приходится 40% диагностированных случаев).
В этом и кроется опасность. И родители, и врачи склонны воспринимать странности поведения подростков как капризы пубертатного периода.
Инна Ш. рассказала, что первые признаки недуга у ее сына появились в 12 лет. Мальчик стал замкнутым, его перестали интересовать обычные для подростков активности, появились навязчивые идеи. Родители забили тревогу и повели ребенка по врачам. Но те разводили руками: мол, подростковый возраст, и выписывали успокоительные. Успокоительные, конечно, не помогали. Через несколько лет мальчик стал видеть галлюцинации, разговаривать с растениями. Он тщательно скрывал это от родителей, боясь, что его «запрут в психушку».
Родители, в свою очередь, долго не могли направить сына к психиатру. Ведь, по мнению большинства, поставить ребенка на учет к такому врачу, значит поставить крест на его судьбе. «Все, что мы слышали, – советы больше любить ребенка, во всем ему помогать», – рассказывает Инна.
Диагноз «шизофрения» ее сыну поставили почти через 10 лет после первых звоночков. И для семьи начался новый виток испытаний: попытки лечения. Парень наотрез отказывался принимать таблетки, считая, что родители хотят его отравить.
«Проблема пациентов, страдающих шизофренией, в том, что они не осознают того, что больны. Они не понимают, что их заболевание – огромное бремя как для них самих, так и для их родственников, общества в целом», – отмечает Петр Морозов, профессор кафедры психиатрии ВНИМУ имени Н.И. Пирогова.
Еще одна проблема – в том, что шизофрения – хроническая болезнь. Ее нельзя вылечить – можно лишь добиться длительной ремиссии. Однако при правильном лечении пациенты с шизофренией могут быть полноценными членами общества – учиться, работать, иметь семью.
Вопрос лишь в том, готово ли общество принять таких больных.
По данным социологов, 38% россиян относятся к больным шизофренией с сочувствием, 34% – с жалостью и еще 26% испытывают перед ними страх. Диапазон – от милосердия до фобии.
Большинство не считают, что больным шизофренией следует находиться подальше от остальных, однако больше трети настаивают на изоляции таких пациентов.
Ко всем проблемам больных шизофренией и их семей добавляется еще одна – социальная стигматизация. Родственники больного боятся распространяться о психиатрическом диагнозе – ведь общество выдаст «черную метку».
«В периоды ремиссии мой сын – просто ангел, а не ребенок. Он занимается домашними делами, пишет электронную музыку, проявляет заботу и дружелюбие к окружающим. Однако общество часто неадекватно реагирует на такие проявления. Я стараюсь уберечь своего сына от общества, потому что оно его ранит», – говорит Инна.
В социуме настолько силен страх карательной психиатрии, что больные не хотят признавать свой диагноз ни перед обществом, ни перед самими собой, как и произошло с сыном Инны. А не признавать болезнь – значит не лечить ее.
Да, пациенты с шизофренией могут не осознавать, что они больны. Но общество должно это осознавать. Осознавать, что шизофрения – это тяжелый наследственный недуг, который можно и нужно лечить, а никак не свободный выбор человека и не его вина.