• События

Телемедицина. Год по закону

С момента вступления в силу поправок в законодательные акты о применении ИТ в сфере охраны здоровья, в том числе телемедицины, прошло почти 11 месяцев. Внедрение норм любого закона на местах – дело не быстрое. И так называемый закон о телемедицине не исключение

qr-code
Телемедицина. Год по закону

Не цель, а средство

Нельзя сказать, что произошедшие изменения заметны глазу обывателя. Подвижки есть, но скорее внутри самой отрасли. Телемедицину примеряют на себя различные врачебные специальности. Российские онкологи, например, активно применяют практику «второго мнения» в режиме «врач – врач»: проводят телемедицинские конференции с коллегами, решая клинические задачи, транслируют свой опыт в регионы. «Телемедицина для нас – взаимодействие профессионалов. Интересы пациента также представляет профессионал», – подчеркнул генеральный директор Национального медицинского исследовательского центра радиологии, главный внештатный онколог Минздрава России Андрей Каприн в ходе недавней дискуссии о телемедицине на телеканале «Доктор».

Медики напоминают, что телемедицина – это не цель, а средство помощи врачу и пациенту. Не отдельный субъект, а одна из составляющих ИТ, которые внедряет сегодня здравоохранение. «У каждой специальности – своя телемедицина. В ряде дисциплин вы больше не найдете приставки теле-. Например, в нашей области уже нет телерадиологии, потому что эти технологии стали обычным компонентом ежедневных производственных процессов. Нет смысла их выносить в отдельную сферу», – отметил Антон Владзимирский, заместитель директора по научной работе НПЦ медицинской радиологии ДЗМ.

Андрей Каприн (на фото – слева): «Телемедицина для нас – взаимодействие профессионалов. Интересы пациента также представляет профессионал».  Дмитрий Пушкарь полагает, что возможности телемедицины для коммуникации «врач – пациент» использовать можно и нужно

Андрей Каприн (на фото – слева): «Телемедицина для нас – взаимодействие профессионалов. Интересы пациента также представляет профессионал». Дмитрий Пушкарь полагает, что возможности телемедицины для коммуникации «врач – пациент» использовать можно и нужно

Ситуация с телемедициной для пациентов более сложная, чем для профессионалов. Согласно закону, посредством удаленной консультации врач может только оценить симптомы, предложить план обследования и пригласить на очный прием. Ставить диагноз и назначать лечение нельзя.

В медицинском сообществе нет единого мнения о том, насколько эффективной может быть дистанционная консультация. Опрос, проведенный крупнейшей русскоязычной соцсетью для врачей «Доктор на работе», показал, что из 2000 респондентов примерно половина положительно рассматривает возможность дистанционной диагностики. В то же время многие доктора опасаются оценивать симптомы без личного общения с пациентом: слишком велик риск ошибки.

Достаточно оптимистично в этом вопросе настроен заведующий кафедрой урологии МГМСУ, главный внештатный уролог Минздрава Дмитрий Пушкарь. Он полагает, что возможности телемедицины для коммуникации «врач – пациент» использовать можно и нужно. «Период от первичной консультации до операции может длиться и месяц, и два. В это время пациент может общаться со своим врачом с помощью телемедицины», – говорит он.

«Телемедицинские взаимодействия “врач – врач” и ”врач – пациент” – всегда зона риска. Это могут быть технические, методические, юридические риски, и их больше, чем в очном взаимодействии. Такие риски преодолеваются методически. Нужно накапливать больше знаний по теме», – считает Антон Владзимирский.

Сколько стоит?

Одной из наиболее острых проблем телемедицины остается создание инфраструктуры: обеспечение оборудованием, подготовка специалистов, создание сервисных платформ. А инфраструктура требует денег.

За последние пять лет в России из федерального бюджета выделено около 30 млрд руб. на развитие телемедицины. Для сравнения: в США расходы на эти цели в 25 раз выше – 28 млрд долл. (с учетом паритета покупательной способности), в Великобритании – 4,5 млрд фунтов, вчетверо выше. Эти данные во время телевизионной дискуссии привела Гузель Улумбекова, руководитель Высшей школы организации управления здравоохранения. По ее мнению, денег в телемедицину государству придется вкладывать больше, в том числе на федеральном уровне.

Гузель Улумбекова и Антон Владзимирский уверены: телемедицина – не отдельный субъект, а одна из составляющих ИТ, которые внедряет сегодня здравоохранение

Гузель Улумбекова и Антон Владзимирский уверены: телемедицина – не отдельный субъект, а одна из составляющих ИТ, которые внедряет сегодня здравоохранение

Действительно, телемедицинское оборудование – удовольствие недешевое. К примеру, сканер, который передает изображение биопсийного препарата, стоит около 30 млн руб. К стоимости техники, подчеркивает Андрей Каприн, следует еще добавить расходы на обучение специалистов, которые должны приготовить соответствующий стандартам препарат. Но главный онколог Минздрава уверен, что все равно это обойдется дешевле, чем содержать морфолога в штате поликлиники. Равно как и удаленная консультация доктора медицинских наук требует несоизмеримо меньше затрат, чем его командировка в регионы.

Для успешного внедрения телемедицинских технологий, уверена Гузель Улумбекова, врачам необходима правильная мотивация, например денежная. Именно такой путь избрали США, где клиники, внедрявшие новые технологии, получали по 2 млн долл.

Опрос Фонда «Общественное мнение», в котором участвовали 1,5 тыс. россиян, показал, что 7% респондентов уже пользовались телемедицинскими услугами и 32% готовы это сделать. «Прогноз положительный. Главное – не навредить в практиках», – отметила Лариса Паутова, управляющий директор ФОМ. Телемедицина де-факто не ждет согласований де-юре и уже используется и врачами, и пациентами. Согласно опросу соцсети «Доктор на работе», 40% респондентов-медиков неофициально используют телемедицинские возможности.

Кому нужна телемедицина?

Прежде всего – регионам. По словам Андрея Каприна, телемедицинские консультации позволяют частично решить локальную проблему нехватки узких специалистов, в частности, морфологов и патологов, дефицит которых в ряде областей достигает 70%.

Телемедицина актуальна и для сегмента «врач – пациент». По словам директора по развитию компании «Мобильные медицинские технологии» Дарьи Голевой, из 60 тысяч дистанционных консультаций, проведенных сервисами «Онлайн-доктор» и «Педиатр 24/7», 80% обращений поступило из регионов, где востребованность телемедицинских услуг намного выше.

Телемедицина порой становится единственным выходом для людей, которые не могут пойти к врачу по религиозным или этическим соображениям. Как рассказал руководитель проекта «Здоровье Mail.ru» Евгений Паперный, на сервис поступает много запросов, которые начинаются со слов: «Я к врачу никогда не пойду». В частности, это женщины с Северного Кавказа, которым требуется гинекологическая помощь. «Страшно смотреть на присылаемые ими фотографии. И мы оказываемся единственной организацией, способной предотвратить развитие ситуации, которая может закончиться бесплодием, надавить на них, чтобы они выехали из своего региона и обратились за медицинской помощью», – сказал он.

Крупные игроки рынка медицинских услуг уже начинают приспосабливать телемедицинские технологии к бизнесу. Группа компаний «Медси» и сеть клиник «К+31», например, предоставляют своим клиентам мобильные приложения, с помощью которых те могут получить дистанционную консультацию или как минимум записаться на прием.

Словом, пока на государственном уровне идет стандартизация процессов, рынок не ждет, а внедряет телемедицину. Теперь это не вопрос далекого будущего и даже не будущего ближайшего, это реалии настоящего. Остается их грамотно встроить в нашу жизнь, чем и занимается, пусть и со скрипом, система здравоохранения.

ВАЛЕНТИНА ГЛЯНЦЕВА

Поделитесь публикацией

  • 0
  • 0
  • 0

Подпишитесь, чтобы получать лучшие статьи на почту

Нажимая кнопку, я соглашаюсь с обработкой моих персональных данных и Политикой конфиденциальности

© 2018 Фонд «Общественное мнение»