• Практики

Расщепление души

Шизофренией болен почти каждый сотый житель Земли. Несмотря на то что лечение способно вернуть таких больных к социальной жизни, общество не спешит их принимать. И люди часто становятся заложниками своего диагноза

qr-code
Расщепление души

О том, что у моего знакомого шизофрения, я узнала случайно. Мы отлично общались, но в какой-то момент он резко пропал с радаров: перестал отвечать на звонки и сообщения. Оказалось, лежал в больнице с обострением. Я была в шоке. Парень как парень: умный, спокойный, немного «голова в облаках», но ведь творческий человек – ничего удивительного. «Надеюсь, ты не думаешь, что я буду гоняться за тобой с топором», – сказал он с грустной улыбкой после выписки. Конечно, я сказала, что ничего такого не думаю. Конечно, подобная мысль в мою голову закралась.

По данным Всемирной организации здравоохранения, шизофренией больны более 21 млн человек – почти каждый сотый житель Земли (примерно 9 млн женщин и 12 млн мужчин).

Обычно болезнь заявляет о себе в 15–25 лет (на этот период приходится 40% диагностированных случаев).

В этом и кроется опасность. И родители, и врачи склонны воспринимать странности поведения подростков как капризы пубертатного периода.

Инна Ш. рассказала, что первые признаки недуга у ее сына появились в 12 лет. Мальчик стал замкнутым, его перестали интересовать обычные для подростков активности, появились навязчивые идеи. Родители забили тревогу и повели ребенка по врачам. Но те разводили руками: мол, подростковый возраст, и выписывали успокоительные. Успокоительные, конечно, не помогали. Через несколько лет мальчик стал видеть галлюцинации, разговаривать с растениями. Он тщательно скрывал это от родителей, боясь, что его «запрут в психушку».

Родители, в свою очередь, долго не могли направить сына к психиатру. Ведь, по мнению большинства, поставить ребенка на учет к такому врачу, значит поставить крест на его судьбе. «Все, что мы слышали, – советы больше любить ребенка, во всем ему помогать», – рассказывает Инна.

Диагноз «шизофрения» ее сыну поставили почти через 10 лет после первых звоночков. И для семьи начался новый виток испытаний: попытки лечения. Парень наотрез отказывался принимать таблетки, считая, что родители хотят его отравить.

«Проблема пациентов, страдающих шизофренией, в том, что они не осознают того, что больны. Они не понимают, что их заболевание – огромное бремя как для них самих, так и для их родственников, общества в целом», – отмечает Петр Морозов, профессор кафедры психиатрии ВНИМУ имени Н.И. Пирогова.

 

Справка Здрав.ФОМ

Шизофрения в переводе с древнегреческого означает «расщепление души». Она сопровождала человечество с колыбели: гены, связанные с развитием этого заболевания, ученые нашли в останках неандертальцев. В древнем мире такие больные считались магами, в Средневековье – одержимыми, в новое время – слабоумными. Шизофрения была признана психическим расстройством лишь в начале XX века. Больные страдают галлюцинациями, бредом, расстройствами восприятия, памяти и внимания. Шизофрению также сопровождают апатия, потеря мотивации, асоциальность. Однако интеллект при этом не страдает. Более того, шизофрению называют болезнью гениев. Помимо нобелевского лауреата Джона Нэша, известного всем по фильму «Игры разума», ей страдали Исаак Ньютон, Николай Гоголь, Михаил Врубель и Винсент Ван Гог. Основной фактор риска заболевания – наследственность. Но оказывают влияние и другие факторы: наркомания, алкоголизм, пережитое в детстве насилие, дородовые инфекции у матери и даже жизнь в больших городах.

Еще одна проблема – в том, что шизофрения – хроническая  болезнь. Ее нельзя вылечить – можно лишь добиться длительной ремиссии. Однако при правильном лечении пациенты с шизофренией могут быть полноценными членами общества – учиться, работать, иметь семью.

Вопрос лишь в том, готово ли общество принять таких больных.

По данным социологов, 38% россиян относятся к больным шизофренией с сочувствием, 34% – с жалостью и еще 26% испытывают перед ними страх. Диапазон – от милосердия до фобии.

Большинство не считают, что больным шизофренией следует находиться подальше от остальных, однако больше трети настаивают на изоляции таких пациентов.

Ко всем проблемам больных шизофренией и их семей добавляется еще одна – социальная стигматизация. Родственники больного боятся распространяться о психиатрическом диагнозе – ведь общество выдаст «черную метку».

«В периоды ремиссии мой сын – просто ангел, а не ребенок. Он занимается домашними делами, пишет электронную музыку, проявляет заботу и дружелюбие к окружающим. Однако общество часто неадекватно реагирует на такие проявления. Я стараюсь уберечь своего сына от общества, потому что оно его ранит», – говорит Инна.

В социуме настолько силен страх карательной психиатрии, что больные не хотят признавать свой диагноз ни перед обществом, ни перед самими собой, как и произошло с сыном Инны. А не признавать болезнь – значит не лечить ее.

Да, пациенты с шизофренией могут не осознавать, что они больны. Но общество должно это осознавать. Осознавать, что шизофрения – это тяжелый наследственный недуг, который можно и нужно лечить, а никак не свободный выбор человека и не его вина.

Валентина Глянцева

Поделитесь публикацией

  • 0
  • 0
  • 0
Подпишитесь, чтобы получать лучшие статьи на почту

Нажимая кнопку, я соглашаюсь с обработкой моих персональных данных и Политикой конфиденциальности

© 2019 Фонд «Общественное мнение»