«У них все впереди»

В течение 18 лет я ходила в интернат на улице Ротерта на северо-востоке Москвы: там находился мой муж. У него была жестокая шизофрения.

...Муж работал в Кремле. В советское время официальные встречи глав союзных государств часто проводили на открытых парковых площадках. И однажды, стоя на ярком солнце, он получил тепловой удар. Тогда и встала проблема взаимоотношений с врачом, как я иногда говорю, в полный рост. Я благодарна родителям, которые научили меня коммуникабельности и умению держать стойку в любых ситуациях. Но слушать человека, особенно когда не понимаешь, о чем он говорит, сложно, а прийти к взаимопониманию – вдвойне. Врачи говорили мне, что болезнь мужа неизлечима, а я все спорила и надеялась, что это временно. Я не хотела оставлять его в больнице. И меня никто не пытался переубедить. Не хотите – как хотите, забираете домой. А дома у меня – двое малолетних детей. И никто из докторов не думал о том, что может случиться непоправимое.

Летом, когда я собралась с детьми к маме, муж должен был остаться со своей матерью. Она была пожилой, поэтому я убедила его лечь в больницу до моего возвращения. Врач хорошо знала меня, она приняла мужа и заверила, что понаблюдает за ним и, если что, позвонит. Такого доктора еще поискать: видно, сам Господь послал ее выполнять такую тяжелую и неприятную работу. Алла Анатольевна была скромной, радушной и умела к себе расположить. Глядя на нее, у меня всегда на глаза наворачивались слезы. Настолько жалко становилось эту женщину, вынужденную ежедневно иметь дело с людьми с психическими расстройствами. Спустя много лет я узнала, что эта работа все-таки подорвала ее здоровье. К мужу и своим пациентам Алла Анатольевна относилась как к здоровым людям, за что они ее уважали и ценили. Она всегда говорила, что это случайность и все у них впереди, тем самым вселяя надежду и больным, и их родственникам.

И вот я спокойно уехала к маме, а незадолго до моего возвращения муж выписался. За несколько дней он успел поскандалить с матерью (у них были обостренные отношения), да так, что ту увезли в больницу, выписать меня с детьми из квартиры и продать ее мошенникам. Впрочем, это другая история. Мужа поймали и поместили в интернат на Ротерта, а мне снова пришлось искать подход к докторам и проявлять чудеса коммуникабельности, чтобы решить жилищную проблему. Никто не хотел войти в мое положение.

Но все-таки есть в медицине замечательные и душевные специалисты. Лечащий врач мужа прониклась ко мне. Именно благодаря ей он прожил 18 лет в интернате, где с такими людьми занимаются по особой методике. Да и квартиру вернуть я все же смогла.