• Личности

О такой благотворительной деятельности можно мечтать

Егор Козловский, старший брат актера Данилы Козловского, рассказал редакции ЗдравФОМ о приложении для детей с аутизмом, о надежде на сотрудничество с Минздравом РФ и о том, почему не имеет смысла тешить свое эго

qr-code
О такой благотворительной деятельности можно мечтать
По данным Минздрава в России зарегистрировано 22000 детей с диагнозом «аутизм». На деле эта цифра, скорее всего, значительно больше: по международной статистике аутистические расстройства встречаются у одного из 50 новорожденных. Прогнозы на 2020 год дают цифру 1 к 30. Причины аутизма неизвестны; он не поддается лечению. Помогает социальной адаптации лишь специальное обучение детей.
«Обучение детей с расстройствами аутистического спектра: Познание 2.0» (Это старое название, сейчас приложение называется AR Tutor) позволяет проводить занятия с детьми в игровой форме в домашних условиях. Это мобильное приложение для смартфонов и планшетов с использованием технологии дополненной реальности, карточки с рисунками предметов и объектов повседневного пользования (дверь, окно, кружка, вилка, зубная щетка и так далее). Наводишь камеру на карточку, например, с дверью (или на саму дверь с наклеенной карточкой), и на экране начинается мультфильм: открыть дверь – закрыть дверь, а диктор зачитывает инструкции по действиям в стихах. Получается, что на ребенка идет воздействие по всем системам восприятия информации – визуальной (рисунки, текст, мультфильм), аудиальной (голос диктора, музыка) и кинестетической (манипуляции с объектом).
- Егор, расскажите, пожалуйста, что такое для вас благотворительная деятельность?
- Это искреннее желание помочь и не говорить при этом о себе, не закидывать себя пухом, не пиариться. То, что я делаю, это некое служение. Проводя разные мероприятия для детей, мы не решаем никакой проблемы, потому что, пока мы не сможем представить масштабного решения, любая благотворительность является популистской. Таково мое личное мнение. Занимаясь точечными историями, я понял их убыточность. Меня всегда пугала статистика: ко мне на мероприятие приходят сто-двести-триста человек, но я понимаю, что на территории Москвы и Московской области таких детей тысячи. То есть кому-то я помог, а кого-то обидел, не пригласил. Этот человек даже не узнал о том, что мы проводили мероприятие, не получил подарков, положительных эмоций. Значит, я не доработал. Соответственно вопрос масштабирования благотворительной деятельности для меня лично стал звучать особенно остро. И я осознал, что есть абсолютно универсальный инструмент масштабирования – это интернет, социальные сети.
– А что за мероприятия вы проводили?
– Например, в 2015 году мы провели благотворительный марафон «Подари движение». В московском ГУМе, на первом этаже, договорившись с производителем тренажеров, мы поставили беговые дорожки, объединили их счетчиком километража в специальной программе и предложили: ребята, давайте мы сейчас все вместе сделаем один виток вокруг земли, суммируем ваши шаги на этих тренажерах, получим расстояние, равное радиусу нашей планеты. К нам приходили артисты, спортсмены, все активно участвовали. И в обмен на такую пиаракцию компания-производитель тренажеров выделила нам беговые дорожки, чтобы поставить их в семьи, где есть дети-инвалиды с функциональными расстройствами, чтобы они могли заниматься. Мы нашли пять таких семей. 
– Такая вот точечная помощь?
– Да, а сколько таких семей еще, которые очень хотели бы получить хоть немножко подобного внимания! 
– Когда вы говорите «мы», вы кого имеете в виду?
– Мы думали долго, как назваться. И назвались так: благотворительная программа «Страна мечты». Это в основном мои друзья, близкие мне люди, которые заинтересованы в том, чтобы служить. Мы для себя расцениваем это как служение. Я думаю о своей старости, которую хотел бы встретить в здоровом обществе, поэтому сегодня я служу детям. Нет детей чужих - соседских, африканских, - есть наши дети, и они – будущее. Я понял, что каждый человек будет счастлив только тогда, когда он что-то сделал для остальных. Я хочу быть счастливым, хочу в свои последние минуты знать, что хоть кому-то был в этой жизни полезен. Самый страшный этап у меня был тогда, когда я занимался собирательством под себя. И теперь каждый день я работаю над тем, чтобы не вернуться в тот период.
– А чем был страшен тот этап?
– Тем, что сбиваются ориентиры. Тебе кажется, что ты центр Вселенной, что тебя все любят за то, что ты такой умный, достойный, тебя невозможно не любить. А на самом деле это не я классный, а люди, которые меня любят. Это они – носители энергии, они находят внутри себя причины любить, они заставляют мир двигаться.
– Вы не думали стать социальным предпринимателем? 
– Нет больше социального предпринимательства. Существует только импакт-инвестинг, новая парадигма развития социальных взаимоотношений. Весь мир это уже принял. А мы до сих пор пытаемся свои старые носочки передать в детский дом. Не надо этого больше! Для работы сегодня нам нужны современные инструменты, давайте их использовать. 
– Вы имеете в виду социальные сети, интернет? 
– Не только. Современные инструменты – это и новая форма понимания проблемы. Ты помогаешь кому-то, а зачем ты это делаешь? Какой у этого результат? Если ты хочешь помочь для того, чтобы тебе утром легче просыпалось, тогда это нечестно, мягко говоря. Это утешение своего эго.
– Что самое сложное в вашей работе? 
– Мало кто верит в то, чем мы занимаемся, в то, что возможно что-то сделать, а мы верим, я верю.
– А что говорят те, кто не верит?  
– Зачем ты, сильный, счастливый, красивый, здоровый, многодетный, с ясным взором мужчина, занимаешься этой ерундой? А я считаю, что данная нам жизнь – разминка перед вечностью. И для меня существует сейчас только дело, которым я занимаюсь. Я готов не есть, не пить, не спать, ходить пешком, ездить на метро, участвовать в многочисленных презентациях ради реализации того большого замысла, который есть в моей жизни. Мы распланировали нашу работу на семь лет вперед. И логическим завершением нашего дела будет интеграция в систему государственного управления по линии Минздрава. Мы хотим совместно с государством развивать такое направление, как реабилитация. Для этого мы разработали приложение для гаджетов, которое помогает детям с проблемным восприятием мира адаптироваться в пространстве.
- И вам нужна помощь государства, чтобы запустить это на федеральном уровне?
– Мы разработали социальную сеть, где модератором может быть врач. Он будет наблюдать развитие ребенка, быть постоянно на связи с родителями, получать от них какие-то фотографии, результаты тестов, отвечать на их вопросы
– Получается такой удаленный доступ к медицинской помощи?
– Да. Надо найти возможность интегрировать подобные инструменты в систему здравоохранения, это и есть импакт-инвестмент. Новый этап развития всей благотворительной деятельности.
– И как же изменится тогда российская система здравоохранения?
– Прогнозы и советы – самая неблагодарная вещь в жизни, я зарекся прогнозировать и советовать. Слава богу, наша ситуация сдвинулась с мертвой точки, нам начали доверять, на дело, которым мы занимаемся, обратили внимание. А дальнейшее развитие проекта зависит от разных кирпичиков, в том числе и от этого интервью, как они будут складываться. Вы в ЗдравФОМ поставили такой ряд мощных кирпичей!

Поделитесь публикацией

  • 0
  • 0

Рекомендованные материалы

© 2026 ФОМ